Что такое Антипасха?

Первое воскресенье после Пасхи в церковном календаре носит название «Антипасха», или Фомина неделя, а в народе его еще называют Красной горкой. Объясним читателям сайта Свято-Казанского мужского монастыря эти названия одного и того же дня.

Восьмой день после Пасхи, то есть воскресенье, которое непосредственно следует за пасхальной неделей (седмицей), называется Антипасхой. Это не какое-то народное название дня, а — церковный праздник. Приставка «анти» здесь не несет никакой негативной нагрузки и не противопоставляется, поскольку греческое слово «анти» может переводиться как «вместо», «напротив». Именно в этом смысле — вместо Пасхи — воскресенье Антипасхи завершает празднование Светлой пасхальной седмицы.

Фоминой неделей (воскресенье Фомы) этот день называется в воспоминание о чуде уверения апостола Фомы. Чтобы это понять, нужно вспомнить, что апостол Фома не присутствовал во время первого явления Христа своим ученикам после своего Воскресения. Фома, по-видимому, так тяжело переживал события крестных страданий и смерть Спасителя, что покинул других апостолов, а, может быть, даже и Иерусалим. Когда ученики Господа с радостью нашли Фому и возвестили ему о воскресении Учителя, то он не поверил им. Но это было не то неверие, которое встречается у равнодушных или окаменевших сердцем людей. Скорее всего, он боялся еще одного разочарования, которое уже не смог бы перенести. Поэтому на восьмой день Воскресший Христос снова является своим ученикам, в том числе и апостолу Фоме, и таким образом повторил и обновил явление, бывшее в первый день по Воскресении. Поэтому это воскресенье в церковном Уставе носит название Неделя Новая и Неделя святого Фомы.

Красная горка – это древний народный праздник, который с распространением христианства был приурочен к первому воскресенью после Пасхи. Дело в том, что праздник этот был связан с молодежными гуляньями, красивыми, яркими нарядами и, конечно, со свадьбами. Красный цвет был всегда символом красоты, а слово «красный» в славянском языке означало «красивый». Вспомните, как называли наши предки весну — «весна красна». К тому же в течение Великого Поста, Страстной и Светлой седмицы в церкви не совершается Таинство венчания. Первый день, когда церковный Устав разрешает совершать венчание, это как раз воскресенье апостола Фомы, или Антипасха. И сейчас в этот день, как правило, совершается больше свадеб, чем в любой другой. Можем себе представить, сколько молодых пар венчалось в первое воскресенье после Пасхи в дореволюционные времена, когда почти все считали себя православными. Именно поэтому Фомино воскресенье и назвали в народе Красной горкой.

© Текст подготовлен специально для сайта Свято-Казанского мужского монастыря в Кипячем.

О празднике Светлого Христова Воскресения

Воскресение Иисуса Христа (греч. аnastasis; лат. resurrectio) – возвращение Иисуса Христа к жизни после Его смерти через распятие на Кресте и после Его погребения. Одноименное название носит установленный в память этого события величайший христианский праздник, именуемый светлым Христовым Воскресением, или Пасхой.

Евангелисты повествуют о крестной смерти Спасителя в пяток, накануне еврейской Пасхи, и о том, как испросивший у Пилата тело Спасителя Иосиф Аримафейский, член синедриона, но тайный ученик Христа, похоронил тело Его в пещере. Но когда по прошествии субботы благочестивые жены пришли ко гробу Спасителя, чтобы помазать тело Его благовониями, они увидели гроб пустым, а во гробе юношу в белой одежде, который сидел на правой стороне. Он сказал: «Не бойтесь, ибо знаю, что вы ищете Иисуса распятого; Его здесь нет – Он воскрес, как сказал… Пойдите скорее, скажите ученикам Его, что Он воскрес из мертвых и предваряет вас в Галилее; там Его увидите» (Мф. 28: 5–7; также: Мк. 16: 6–7; Лк. 24: 5–8).

…Важные сведения о первоначальном характере празднования Пасхи содержатся в письме святителя Иринея, епископа Лионского († ок. 202), к Римскому епископу Виктору. Послание написано в связи со спорами о времени празднования Пасхи, начавшимися еще при святителе Поликарпе, епископе Смирнском († 167), которые вызвали ряд соборов. Полемика касалась того, праздновать ли Пасху вместе с иудейской в 14–15-й день первого весеннего лунного месяца или же обособленно – в первое за этим днем воскресенье. В различных местах на данный вопрос смотрели по-разному. В Риме Пасха начала уже приобретать все усиливающуюся радостную тональность, которая требовала особого дня празднования. В Малой Азии же сохранился первоначальный, древнейший взгляд на Пасху, которому вполне отвечала синкретичная дата.

Характерно, что азийцы оканчивали пасхальный пост в день, с которого другие христиане, по святителю Иринею, начинали его, то есть в день еврейской Пасхи. Во время святого Епифания Кипрского († 403) существовала одна ветвь четырнадцатидневников (так называли сторонников празднования Пасхи вместе с евреями 14 нисана), которая одним днем – 14 нисана – ограничивала и предпасхальный пост, и самый праздник Пасхи. Логика была такова: когда естественнее всего было почтить смерть Христову постом, как не в день Его смерти, и когда естественнее всего было праздновать Пасху христианскую, как не в день Пасхи ветхозаветной, прообразовавшей ее?

После святителя Поликарпа защитником малоазийской практики относительно времени Пасхи был Мелитон, епископ Сардийский. Ее противниками являлись Аполлинарий, епископ Иерапольский, Климент Александрийский и святитель Ипполит, епископ Римский. В Палестине, Риме, Понте, Галлии и Греции состоялись соборы, на которых кодифицировали римскую практику. А папа Виктор (около 196 года) и вовсе грозил малоазийцам отлучением.

В III веке Пасха продолжала оставаться скорбно-радостным пощением в честь страданий Христовых. Иными словами, праздник и пост отождествлялись… Но, несмотря на известный синкретизм постного и праздничного контекстов, в III веке Пасха в целом приобретает свое нынешнее содержание.

IV–V века отмечены прекращением жестоких гонений на Церковь, активизацией богословского знания, бурным развитием разных форм монашеской жизни. Все это самым благоприятным образом повлияло на формирование богослужебного канона.

В этот период становится окончательно решенным вопрос о времени празднования Пасхи. Эта проблема была предметом ожесточенных споров, доходивших до того, что христиане хотя и не расторгали общения, но по причине разногласия проводили праздник печальнее. Несомненно также, что Никейский Вселенский собор и созван был столько же для решения данного литургического спора, сколько же из-за арианской ереси. В послании к Александрийской Церкви соборяне после речи об Арии и мелетианском расколе пишут: «Извещаем вас, что вашими молитвами решено дело и о согласном праздновании Пасхи, так что все восточные братия, прежде праздновавшие Пасху вместе с иудеями, отныне будут праздновать ее согласно с римлянами, с нами и со всеми, которые издревле хранят ее по-нашему». Император же Константин в связи с этим постановлением отправил особое послание Церквям, в котором говорится: «Признано за благо всем и везде праздновать Пасху в один и тот же день», не вместе с иудеями, виновными в господоубийстве и отцеубийстве, чтобы не быть обязанными им даже в этом, тем более что они заблуждаются и в этом, так как иногда у них оказывается в году две Пасхи; а главное, чтобы не было разногласия касательно такого «праздника веры», относительно времени которого тогда уже царило согласие между Римом, Италией, Африкой, Египтом, Испанией, Галлией, Британией, Ливией и целой Грецией.

Собор потребовал празднования Пасхи в первое воскресенье после весеннего равноденствия. О дне Пасхи ежегодно объявляли особыми окружными посланиями епископы главных городов. Сохранился ряд таких «Пасхальных посланий» святителя Афанасия Александрийского. В одном из них указываются границы пасхального круга: «Римляне утверждают, что они имеют преда?ние от апостола Петра, запрещающее Пасхе преступать пределы, с одной стороны, 26 пармути (египетский месяц, соответствующий апрелю; должно быть, 23 апреля), с другой – 30 фаменота (должно быть, 26 марта)».

Таким образом, Никейский собор принял римскую практику празднования Пасхи как повсеместную. Принципиально важно и то, что Антиохийский собор (333) предписывает отлучать от Церкви «совершающих Пасху вместе с иудеями».

Серьезным результатом на означенном хронологическом срезе стало принципиальное повышение статуса праздника Пасхи. Святитель Григорий Богослов называет ее «царицей дней, праздником праздников и торжеством торжеств, превосходящим, как солнце – звезды, не только все человеческие и земные праздники, но и праздники в честь Христа», а святитель Иоанн Златоуст считает «вожделенным и спасительным праздником». Тогда же сложился обычай, начало которому положил Валентиниан I в 367 году, освобождать в день Пасхи заключенных в тюрьмы, кроме тяжких и закоренелых преступников.

Следствием установленной эортологической субординации стало увеличение празднования Пасхи с одного дня до целой седмицы (в соответствии с неделей страстей Господних). Святитель Иоанн Златоуст проповедовал на этой седмице ежедневно. Император Феодосий Великий запретил в течение всей пасхальной седмицы судопроизводство, а Феодосий Младший – театральные и цирковые представления. Блаженный Августин называет эти дни «восемью днями неофитов» (новокрещенных).

Здесь следует сказать о случае совпадения праздника Благовещения (25 марта) с днем Пасхи (случается 12 раз в течение 532 лет). Устав называет этот день Кириопасхой (Господней Пасхой). Однако само по себе такое совпадение не является достаточным основанием считать Пасху, случившуюся 25 марта, в большей степени Господней Пасхой, чем в какой-либо другой день календаря. Действительная причина появления выражения Кириопасха состоит в том, что древние восточные хронологи, начиная с египетского монаха Анниана (V в.), были твердо убеждены: Господь пострадал 23 марта, а воскрес – 25-го. Такую же точку зрения поддерживает в своей Алфавитной синтагме канонов и знаменитый византийский канонист XIV столетия Матфей Властарь.

Святоотеческая экзегеза праздника

Святоотеческое наследие, посвященное Воскресению Спасителя, напрямую связано с апостольской традицией. Уже на рубеже I и II веков в древнейшей евхаристической молитве, помещенной в Дидахе, первые христиане благодарят Отца Небесного за «бессмертие», которое Он «открыл через Иисуса, Сына Своего».

Размышляя над Воскресением, святые отцы задаются вопросом: какая участь ожидала бы человечество, если бы христианство не увенчалось Воскресением его Основателя? По мысли святителя Григория, епископа Нисского, человечество в таком случае лишилось бы самого главного – высшего смысла своего существования. Если смерть не побеждена Христом и «есть предел жизни», «если нет Воскресения, то из-за чего труждаются и любомудрствуют люди», вступая в борьбу со злом и с аномалиями окружающего мира? Если мертвые не воскресают, «станем есть и пить, ибо завтра умрем!» (1 Кор. 15: 32). Святитель Лев Великий писал: «Народ Божий должен осознать, что он является новой тварью во Христе, и бодрствуя понять, Кем новая тварь воспринята и Кого она воспримет. Обновившееся да не возвращается к шаткой ветхости; да не оставляет своего дела взявшийся рукою за плуг, но да простирается к сеемому и не взирает на оставленное. Никто да не впадает снова в то, откуда восстал, но хотя бы из-за плотской слабости доныне лежал в некоторых болезнях, пусть проявит твердую решимость исцелиться и подняться. Ведь таков путь спасения, и таково подражание Воскресению, совершенному Христом, чтобы, так как на скользком пути этой жизни различные ошибки и падения не прекращаются, следы шествующих перенеслись от зыбкой почвы на твердую».

Сознавая, что иметь крепкую, непоколебимую веру нелегко, святые отцы предлагают идти к ней через образы Воскресения, наблюдаемые в окружающей природе. «Господь, – пишет священномученик Климент, епископ Римский, – постоянно показывает нам будущее воскресение, коего начатком соделал Господа Иисуса Христа, воскресив Его из мертвых». Образы Воскресения священномученик Климент усматривает в смене дня и ночи, в появлении новых побегов из брошенного в землю зерна, в распространенном в то время мифологическом сказании о птице Феникс, из согнивающего тела которой рождается червь, превращающийся затем в новую птицу…

Для святителя Кирилла, епископа Иерусалимского, Воскресение Иисуса Христа – это «диадема победы над смертью», сменившая терновый венец и увенчавшая Христа в момент Его Воскресения. В факте Воскресения Христова святыми отцами отмечаются две самые главные истины: человеческое естество, воспринятое Спасителем, воскресло «силой обитающего в нем и соединившегося с ним Божества» и «перешло в состояние нетления и бессмертия», «отложив тление со страстями».

Победа Христа над смертью в святоотеческих творениях обычно изображается через Его победу над адом. Воскресший Христос, говорит святитель Григорий Богослов, «отразил жало смерти, сокрушил мрачные затворы унылого ада, даровал свободу душам». Используя образный язык, преподобный Иоанн Дамаскин уподобляет смерть хищной рыбе, которая, подобно аду, заглатывает грешников.

Ад, по мысли святителя Иоанна Златоуста, «посрамлен» сошедшим в него Господом, «умерщвлен», «низложен», «связан». Он же, пожалуй, ярче других выразил всеобъемлющую радость, которой пронизано светлое Воскресение Христово: «Все, все войдите в радость Господа своего! И первые, и последние, примите награду; богатые и бедные, друг с другом ликуйте; воздержные и беспечные, равно почтите этот день; постившиеся и непостившиеся, возвеселитесь ныне! Трапеза обильна, насладитесь все! Телец упитанный, никто не уходи голодным! Все насладитесь пиром веры, все воспримите богатство благости!».

Иконография праздника

Обычно иконами Воскресения Христова называли те, где изображалось сошествие во ад или явления Христа по воскресении, а также явление ангела мироносицам у гроба Господня.

Евангельский сюжет «Жены-мироносицы у гроба Господня» был чрезвычайно популярен во всех видах искусства – как в монументальной живописи (мозаика и фреска), так и в книжной миниатюре и прикладном искусстве. Популярность сюжета обусловлена его значением во всей евангельской истории: жены-мироносицы, нашедшие гроб пустым, являются первыми свидетелями Христова Воскресения. Победа над смертью и радость совершившемуся, которую благовествует ангел мироносицам, – вот что привлекало христианских мастеров и побуждало вновь и вновь изображать это событие…

Многообразие этих памятников свидетельствует о популярности евангельского сюжета о женах-мироносицах. Его распространению во многом способствовало паломничество к святому Гробу, а также то, что этот сюжет нес христианам великую радость Воскресения Христова. Данная тема стала излюбленной в православном искусстве, особенно на Руси.

Иконография «Сошествия во ад» как образа Воскресения Иисуса Христа получила сложившуюся форму к X веку. Наиболее ранние примеры известны по миниатюрам из Евангелия от Иоанна, читающегося на Пасху. Спаситель, окруженный сиянием славы, с крестом в левой руке, сходит в темную пещеру ада и выводит Адама и Еву из гробов в виде саркофагов. По сторонам изображены ветхозаветные праведники, на первом плане – пророк Давид и царь Соломон. В пещере ада лежат сорванные с петель двери, запоры, железные вереи. Рядом с Христом изображается указывающий на Него святой Иоанн Предтеча со свитком в руке. См. также: кафоликон монастыря Осиос Лукас в Фокиде (Греция; 30-е гг. XI в.), церковь Успения Богородицы в Дафнии (ок. 1100), складень XII века из монастыря великомученицы Екатерины на Синае и другие…

В конце XIV столетия иконография Пасхи, основанная на апокрифических повествованиях, обогащается мотивами, почерпнутыми из аскетической литературы; количество персонажей увеличивается. В ореоле вокруг Христа изображаются ангелы со светильниками, с названиями добродетелей и с копьями, которыми они поражают демонов в пещере ада; над демонами написаны названия пороков, побеждаемых соответствующими добродетелями; над ореолом – ангелы с крестом, в пещере – ангелы связывают сатану. Следовательно, Воскресение Христово изображается как победа над смертью и ее причиной – грехом.

В XVII столетии получает распространение усложненная иконография праздника, где помимо «Сошествия во ад» изображается «Восстание Христа от гроба» и ряд сцен от страстных сюжетов до Вознесения. Как и в ранневизантийских памятниках, в этих композициях на первый план выходит историческое повествование. Христос, окруженный ореолом славы, изображается дважды: над открытым гробом с пеленами и сходящим в ад.

В дальнейшем композиция «Сошествие во ад» вытесняется композицией «Восстание Христа от гроба». Следуя западноевропейским гравюрным и живописным образцам, художники изображают обнаженного Христа в препоясании, с флагом в руке, парящего над гробом в окружении облачного сияния.

Из пасхальных обычаев Православной Церкви

Остановимся на некоторых пасхальных обычаях Православной Церкви.

Пасхальное красное яйцо символизирует искупление человеческих грехов жертвенной кровью Спасителя. В одной русской рукописи XVI века из собрания библиотеки Московской духовной академии говорится следующее: «Яйцо применено ко всей твари: скорлупа – аки небо, плева – аки облацы, белок – аки воды, желток – аки земля, а сырость посреде яйца – аки в мире грех. Господь наш Иисус Христос воскресе от мертвых, всю тварь обнови Своею кровию, якож яйцо украси, а сырость греховную иссуши, якоже яйцо изгусти».

Обычай дарить на Пасху красные яйца, по церковному преданию, начат святой Марией Магдалиной, которая, придя в Рим для проповеди Воскресения Христова, подарила красное яйцо императору Тиверию со словами: «Христос воскресе!» О древности обычая свидетельствует такой факт: он сохранился в сообществах, еще в V–VI веках отпавших от Православия: у армян, маронитов и яковитов.

Освящение яиц и сыра, совершаемое с тем, чтобы телесное утешение и подкрепление начинались по благословению Церкви, также имеет древние корни. В уставе обители святой Анастасии близ Солуни (X в.) написано: «Читается также молитва на благословение яиц и сыра, и игумен, целуя братию, раздает им яйца и говорит: ”Христос воскресе!” Так мы приняли от святых отцов, которые сохранили сие обыкновение от самых апостольских времен».

Артос

Необходимо сказать несколько слов об а’ртосе – освященном хлебе в виде большой просфоры, выпекаемом с изображением Креста (без Спасителя) или с образом Воскресения Христова.

Артос в продолжении всей Светлой седмицы занимает в храме самое видное место, вместе с иконой Воскресения Господня, и в заключение пасхальных торжеств раздается верующим.

Его употребление начинается с самого начала христианства. В сороковой день по Воскресении Господь Иисус Христос вознесся на небо. Ученики и последователи Христовы находили утешение в молитвенных воспоминаниях о Господе, они припоминали каждое Его слово, каждый шаг и каждое действие. Когда сходились на общую молитву, они, вспоминая Тайную вечерю, причащались тела и крови Христовых. Готовя обыкновенную трапезу, они первое место за столом оставляли невидимо присутствующему Господу и полагали на это место хлеб. Подражая апостолам, первые пастыри Церкви установили в праздник Воскресения Христова полагать в храме хлеб как в видимое выражение того, что пострадавший за нас Спаситель сделался для нас истинным хлебом жизни.

На артосе изображен крест, на котором виден только терновый венец, но нет Распятого – как знамение победы Христовой над смертью, или изображение Воскресения Христова. С артосом соединяется и древнее церковное предание, что апостолы оставляли за столом часть хлеба в долю Пречистой Матери Господа в напоминание постоянного общения с Ней и после трапезы благоговейно делили эту часть между собой. В монастырях этот обычай носит название чина о панагии, то есть воспоминания о Всесвятейшей Матери Господа. В приходских церквях этот хлеб Богоматери вспоминается раз в год в связи с раздроблением артоса.

Освящается артос особой молитвой, окроплением святой водой и каждением в первый день святой Пасхи на литургии после заамвонной молитвы. Артос полагается на солее, против царских врат, на уготованном столе или аналое. После освящения артоса аналой с артосом ставят на солее пред образом Спасителя, где артос лежит в течение всей Святой седмицы. Его сохраняют в храме всю Светлую седмицу на аналое пред иконостасом. Во все дни Светлой седмицы по окончании литургии с артосом торжественно совершается крестный ход вокруг храма. В субботу Светлой седмицы по заамвонной молитве читается молитва на раздробление артоса, он раздробляется и в конце литургии при целовании креста раздается народу как святыня.

Георгий Битбунов.

/Взято и печается в сокращении по публикации на сайте http://www.pravoslavie.ru/put/34763.htm/

Почему Православная Церковь не празднует Рождество и Пасху вместе со всем миром

Почему Православная Церковь не празднует Рождество и Пасху вместе со всем миром

Что такое время? Это понятие не имеет ни вкуса, ни цвета, ни каких-то других свойств, кроме одного свойства — необратимости. Причем эта необратимость протекает только в одном направлении: из прошлого через настоящее в будущее.

Люди с самых первых времен пытаются постичь сущность времени, составляя для его измерения (в той условной сравнительной мере движения материи) календари. Для составления календаря достаточно любого явления природы, которое равномерно и периодически повторяется: смена дня и ночи, смена фаз Луны, времен года и так далее. Существует несколько различных измерений года: тропический год (период прохождения солнца от равноденствия до равноденствия); сидерический год (относительно неподвижных звезд); время изменения прямого восхождения среднего Солнца на 360; аномалистический год; затменный (драконический) год; юлианский год и григорианский календарный год.

Большинству людей знакомы только два последних календаря, которые еще именуют «старым» и «новым» стилями. Названия этих календарей происходят от имен их создателей: Юлий Цезарь — римский государственный деятель и полководец, проведший реформу летосчисления в 46 году до Р.Х. и папа Римский Григорий XIII, который ввел в 1582 году свой календарь. Продолжительность юлианского года составляет 365 дней и 6 часов. Эта величина больше солнечного (тропического года) на 11 минут и 14 секунд. Поэтому за каждые 128 лет накапливались целые сутки, что смещало дни равноденствий. Григорианская реформа заключалась в простом выбрасывании этих «лишних» дней, что, несомненно, привело к прерванности связующей цепочки времени.

В настоящее время разница между датами календарей составляет 13 суток и увеличивается на 3 суток за каждые 400 лет.

По григорианскому календарю живет большинство стран, по юлианскому — Русская Православная Церковь. Объясним, почему?

Древнегреческий философ Платон (V век до н.э.) учил, что Солнце, Луна и звезды созданы для определения времени, как стражи-блюстители времени. Здесь он почти дословно повторяет Моисея (XIII век до н.э.), указывая, что до сотворения мира времени не существовало. Время возникло вместе с мирозданием.

Юлианский календарь составлен как раз с учетом трех основных астрономических объектов — Солнца, Луны и звезд, что соответствует библейскому: «И создал Бог два светила великие: светило большее, для управления днем, и светило меньшее, для управления ночью, и звезды» (Быт. 1, 14–16).

В отличие от юлианского, григорианский календарь учитывает лишь один объект — Солнце.

Второй момент календарного вопроса для Церкви связан с празднованием Пасхи. Пасха вычисляется одновременно по двум циклам: солнечному и лунному. Но в церковных канонах есть правило: праздник Воскресения Христова непременно должен праздноваться после Пасхи иудейской и не совпадать с ней. Почему именно так? Потому что, согласно исторической, хронологической, человеческой и церковной памяти, Спаситель был распят и умер на кресте накануне иудейской Пасхи и воскрес на третий день.

Если мы пользуемся юлианским (старым) календарем, то эта последовательность сохраняется. Но если перейти на григорианский стиль, то Воскресение Христово может совпасть с днем распятия, иудейской Пасхой, или даже предшествовать ему. А это уже будет противоречием и искажением истины.

В своей знаменитой книге «Исповедь» блаженный Августин, епископ Иппонийский ряд глав посвятил осмыслению времени. И основная его заслуга заключалась как раз в том, что он указал на два измерения времени: объективные ориентиры, существующие вне нашего сознания, и субъективные ориентиры — ритмы и восприятия времени, заложенные в самом человеке. Так вот для православных христиан этим субъективным ориентиром, который лежит в основе церковного времяисчисления, является жизнь Спасителя. Поэтому именно юлианский календарь, который одни ученые называют более точным, другие — менее точным, был взят за основу церковного календаря: в его дни жил Христос.

И если в светском календаре имеется своя периодичность каких-то природных явлений и профессиональных дат, то в церковном календаре основным и главным являются события жизни Иисуса Христа, которые также последовательно и логично следуют одно за другим.

Примечательно, если не поразительно, что те моменты жизни Спасителя, которые были связаны с особыми проявлениями в нашем материальном мире и называются чудом, ежегодно повторяются. Так, именно по старому (юлианскому) церковному стилю в Великую Субботу, накануне Воскресения Христова, именно православной Пасхи (которая бывает каждый год в разные дни), в Иерусалиме на Гроб Господень снисходит Божественный Благодатный огонь. Этот огонь обладает особыми свойствами: первые несколько минут он не обжигает, и люди могут омывать им лица. Очевидцами этого удивительного зрелища, которое происходит каждый год в Иерусалиме, становятся десятки тысяч паломников.

Другое чудесное явление — соприкосновение Богочеловека с материей — произошло во время Его Крещения в водах Иордана. Поныне в день Крещения — именно по православному (церковному, юлианскому, старому — называйте как угодно) календарю — когда в храмах освящается вода, она делается нетленной, то есть не портится много лет. Причем нетленной делается вода из любого источника (реки, озера, моря, океана), так как в церковной стихире на этот день есть слова: «Освящается всех вод естество».

И еще один пример повторяющегося особого явления в природе, связанного с жизнью Спасителя. В августе мы празднуем Преображение Господне – тот день, когда Господь преобразился (изменился) перед своими учениками во время молитвы на горе Фавор, на которой их покрыло облако, как описывается в Евангелии. С тех пор ежегодно, именно в празднование Преображения Господня и только по юлианскому календарю на гору Фавор в Палестине, которая находится в шести километрах от Назарета, на самую ее вершину, где сейчас находится православный храм, спускается облако и на некоторое время покрывает полностью храм. Интересно, что во все остальные дни года облаков на Фаворе не бывает практически никогда. Редко — в январе, в сезон дождей.

Так что будем сохранять церковный календарь как величайшее наше достояние. Кстати, слово «календарь» — от латинского «календариум» — означает «долговая книга». В переводе на русский это может звучать так: мы все в ответе за время, данное каждому из нас Богом.

© Текст подготовлен специально для сайта Свято-Казанского мужского монастыря в Кипячем.

Любое копирование текста (частичное или полностью) возможно только со ссылкой на данный сайт.